GeoGenLabel — Голос Крови
Мы строим башни, мы летаем к звёздам,
Мы подчиняем разуму всю плоть.
И нам самим порой казалось просто,
Что мы смогли свой гнев перебороть.
Мы создаём законы и морали,
Чтоб наш животный дух навек утишить,
И на скрижалях веры начертали:
"Не убивай" и сотни фраз других.
Но всё напрасно, в час, когда тревога
Сжимает сердце ледяной рукой,
Мы вспоминаем своего другого бога,
Что был рождён не небом, а землёй.
И он не шепчет, он рычит из клетки,
Он требует себе вернуть права,
И рвёт на части старые заметки,
Несёт в наш мир лишь первобытный нрав.
Бей или беги, вот голос крови,
Не верь, не бойся и не смей прощать.
И мы стоим на самом из готове,
Готовы и себя же разрушать.
Люби лишь тех, кто пахнет твоей стаей,
И рви любого, кто тебе чужой.
И мы свой разум в ярости теряем,
Идём на поводу у этой силы злой.
Я видел, как мудрец бросал все книги,
Чтоб ринуться за кем-то в дикий бой.
Я видел, как святой срывал вериги,
И становился снова сам собой.
Не мудрецом, не праведником, нет,
А просто хищником с горящими глазами.
И весь его божественный свет был смят
И втоптан в пыль под сапогами.
И я хотел помочь, остановить,
Сказать ему: "Опомнись, ты же человек!"
Но даже жажда верить и любить,
И убивать, течёт во мне навек.
И он не шепчет, он рычит из клетки,
Он требует себе вернуть права,
И рвёт на части старые заметки,
Несёт в наш мир лишь первобытный нрав.
Бей или беги, вот голос крови,
Не верь, не бойся и не смей прощать.
И мы стоим на самом из готове,
Готовы и себя же разрушать.
Люби лишь тех, кто пахнет твоей стаей,
И рви любого, кто тебе чужой.
И мы свой разум в ярости теряем,
Идём на поводу у этой силы злой.
И этот голос — он не наказание,
Он просто память о цепях и тьме.
Он наше животное подсознание,
Что выживало в каменной тюрьме.
Но в тишине рождается мой голос,
Совсем другой, чем первобытный рёв.
Он не животный, он мой личный космос,
И в нём звучит не ненависть, любовь.
Бей или беги, кричит мне голос крови,
Не верь, не бойся и не смей прощать.
Но я стою на самом из готове,
Чтоб самому свою судьбу решать.
Люби лишь тех, кто пахнет твоей стаей,
И рви любого, кто тебе чужой.
Но я свой разум больше не теряю,
И я не твой, я свой.
Мы подчиняем разуму всю плоть.
И нам самим порой казалось просто,
Что мы смогли свой гнев перебороть.
Мы создаём законы и морали,
Чтоб наш животный дух навек утишить,
И на скрижалях веры начертали:
"Не убивай" и сотни фраз других.
Но всё напрасно, в час, когда тревога
Сжимает сердце ледяной рукой,
Мы вспоминаем своего другого бога,
Что был рождён не небом, а землёй.
И он не шепчет, он рычит из клетки,
Он требует себе вернуть права,
И рвёт на части старые заметки,
Несёт в наш мир лишь первобытный нрав.
Бей или беги, вот голос крови,
Не верь, не бойся и не смей прощать.
И мы стоим на самом из готове,
Готовы и себя же разрушать.
Люби лишь тех, кто пахнет твоей стаей,
И рви любого, кто тебе чужой.
И мы свой разум в ярости теряем,
Идём на поводу у этой силы злой.
Я видел, как мудрец бросал все книги,
Чтоб ринуться за кем-то в дикий бой.
Я видел, как святой срывал вериги,
И становился снова сам собой.
Не мудрецом, не праведником, нет,
А просто хищником с горящими глазами.
И весь его божественный свет был смят
И втоптан в пыль под сапогами.
И я хотел помочь, остановить,
Сказать ему: "Опомнись, ты же человек!"
Но даже жажда верить и любить,
И убивать, течёт во мне навек.
И он не шепчет, он рычит из клетки,
Он требует себе вернуть права,
И рвёт на части старые заметки,
Несёт в наш мир лишь первобытный нрав.
Бей или беги, вот голос крови,
Не верь, не бойся и не смей прощать.
И мы стоим на самом из готове,
Готовы и себя же разрушать.
Люби лишь тех, кто пахнет твоей стаей,
И рви любого, кто тебе чужой.
И мы свой разум в ярости теряем,
Идём на поводу у этой силы злой.
И этот голос — он не наказание,
Он просто память о цепях и тьме.
Он наше животное подсознание,
Что выживало в каменной тюрьме.
Но в тишине рождается мой голос,
Совсем другой, чем первобытный рёв.
Он не животный, он мой личный космос,
И в нём звучит не ненависть, любовь.
Бей или беги, кричит мне голос крови,
Не верь, не бойся и не смей прощать.
Но я стою на самом из готове,
Чтоб самому свою судьбу решать.
Люби лишь тех, кто пахнет твоей стаей,
И рви любого, кто тебе чужой.
Но я свой разум больше не теряю,
И я не твой, я свой.